Домой / Люди / «В реанимации не нуждается». Кто ответит за смерть трехмесячной девочки?

«В реанимации не нуждается». Кто ответит за смерть трехмесячной девочки?

Маленькая Вика прожила всего три месяца. Её лечили медики волгоградской больницы. Но мама Вики Кристина уверена, что врачи не только не помогли её дочке, но, наоборот, запустили болезнь.

«Они нам в спину с мужем кричали: „У вас был „калечный“ ребёнок. Не мы его такого больного родили“», — Кристина Черкашина стоит рядом с могилой своей трехмесячной дочки и плачет. Слова врачей, брошенные в след им с супругом после смерти маленькой Вики, кинжалами впились в душу. Девочку уже не вернуть, но Кристина верит, что медики, пропустившие серьёзное заболевание у ребёнка, заслуживают наказания.

«Что, самая умная?»

Кладбище на окраине Волгограда. Сюда Кристина Черкашина приезжает каждый день. Здесь могила её маленькой дочки Вики. Малышка родилась 17 января и умерла ровно спустя три месяца — 17 апреля — в детской инфекционной больнице Волгограда. Эти несколько недель, проведённые в учреждении вместе с дочкой, Кристина вспоминает с ужасом.

Всё началось в конце марта, когда Кристина заметила, что дочка тяжело дышит, у неё одышка. На приёме врач-педиатр выдала направление в детскую клиническую больницу. Там Вику осмотрели, сделали рентген, который сразу показал: у девочки очаговая правосторонняя пневмония. Но, узнав, что у ребёнка открытый артериальный проток сердца, в госпитализации отказали. Причина — если что, у них нет реанимационного отделения. Так Кристина с Викой оказались в детской областной клинической инфекционной больнице.

«Нас там встретили очень грубо, — вспоминает Кристина. — Когда я показала врачу снимки, он их, едва просмотрев, бросил: „Снимки сделаны неправильно. Вам здесь не место. Мамаша, пишите отказ“. Я пыталась что-то возразить, но в ответ получила: „Ты что тут — самая умная?“»

Но Кристина не стала писать отказ. Другая врач сказала, что просто так у маленьких детей одышки не бывает, и уговорила остаться в больнице. Неделю Вике кололи антибиотики, а спустя время выписали домой, сказав, что девочка здорова, хотя одышка по-прежнему сохранялась.

«Еще родите!». Бас-гитарист Ваенги обвиняет врачей в смерти сына

«Ребёнку нужен кислород»

В начале апреля Кристина вместе с дочкой поехала на плановый приём в волгоградский кардиоцентр. Детские кардиологи не видели ничего страшного в открытом артериальном протоке и говорили, что к полугоду он может закрыться самостоятельно. Но всё же госпитализировали ребенка. Через несколько дней Вика стала кашлять. Снова сделали рентген. Обструктивный бронхит. Диагноз «пневмония» под вопросом.

«Нас опять отправили в ту же больницу, — вспоминает Кристина. — Встретил нас тот же врач. Он снова обвинил меня в том, что рентген сделан неправильно, не в тех проекциях, сказав дословно: „Ребёнок розовый, в данный момент дышит сам, в реанимации не нуждается!“ Нас отправили обратно в инфекционное отделение, где даже нет кислорода в баллонах».

Положили Кристину и Вику в общую палату, где находились ещё двое больных детей. На все уговоры — перевести в отдельный бокс, назначить современные виды обследования и лечения — врачи отвечали: «Ничего не нужно. У нас самое лучшее оборудование и препараты». 

Миллион рублей за смерть ребенка. Как свести врачебные ошибки к минимуму?

Девочке делали ингаляции, от которых она задыхалась. Открывали настежь окно, чтобы проветрить палату, мотивируя тем, что «ребёнку нужен кислород».

«Дочке делали насильно ингаляции, но ей становилось только хуже. А после и вовсе всё пошло как в фильме ужасов, — вспоминает Кристина Черкашина. — Заведующая отделением взяла у меня дочку и встала напротив открытого окна. Говорила, что больше ничем не могут помочь. Только так ребёнок получает кислород, а у них нет ничего другого. Врачи не делали ничего! Ни отсоса слизи, ни других действий, которые могли бы помочь малышке. Прошло какое-то время, пока врач Анна Александровна отправилась договариваться с реанимацией со словами: „Это вам не кукла!“»

«Калечный ребёнок»

В итоге Вику положили в палату интенсивной терапии, выдали список необходимых вещей, которые нужно приобрести и принести в отделение. Среди них — моющее средство для посуды, сантехники и стёкол, туалетная бумага и клеящий карандаш.

Но было уже поздно. Время упустили. У девочки открылось желудочное кровотечение. Родителей в реанимацию не пускали. Разрешили зайти только священнику, который успел крестить девочку 16 апреля. Через день ребенка не стало. Отчаявшиеся родители пытались забрать хотя бы крестик, когда услышали в спину страшные слова: «У вас был „калечный“ ребёнок. Не мы его такого больного родили».

Кристина признаётся, что они с супругом едва сдержались, чтобы не ответить на такие обвинения. «Такие слова не то что доктор, обычный человек не должен говорить», — уверена Кристина.

Каждый день она приходит на кладбище к своей дочери. Приносит новые игрушки и цветы. Некоторые медведи и куклы пропали. Видимо, кому-то приглянулись новые вещи на детской могиле.

«Всё, чего я хочу, — это чтобы они больше никогда не работали в медицине. Пусть живут себе, радуются жизни, видят белый свет, но чтобы к лечению детей, да и вообще людей, не имели никакого отношения. Разве только полы в больнице мыли, — говорит Кристина. — Врач-реаниматолог лично мне клялся богом, прощения просил, за то, что дочке без согласия делали переливание крови. Обещал, что всё будет хорошо, только не надо заявлять никуда в полицию. А в итоге мы теперь приходим сюда».

Сегодня в отношении медиков возбуждено уголовное дело по ст. 109 УК РФ («Причинение смерти по неосторожности»). Расследованием занимается Следственный комитет Волгограда. Интересы семьи Черкашиных представляет адвокат, который ведёт дело Арама Мачкаляна: его жена и новорождённый сын умерли в роддоме Волгоградской области. Подробнее>>

Источник

Проверьте также

Умер российский посол в Непале Андрей Будник

14 и 15 августа в дипведомстве открыта книга соболезнований За Сирию и за доблесть. Чем …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *